Factcheck.kz: «Если будет стоять выбор: блокировка всех фейкогенераторов или свобода слова, то мы выберем свободу слова»
Ноябрь 12, 2018
В НЕЖНЫХ ОБЪЯТИЯХ ДРАКОНА? «Мягкая сила» Китая в Казахстане
Декабрь 25, 2018

Наргиз Шукенова: «Думаю, сформировался спрос на Центральную Азию в разных областях культуры»

В этом году команда первого независимого фестиваля авторского кино Clique впервые проводит Конкурс документального кино Центральной Азии. Этот проект вырос из программы основного фестиваля – Clique.Doc, которая состояла из документальных картин. В интервью продюсер двух проектов Наргиз Шукенова рассказала о том, почему в центре внимания документалистов – осмысление Центральной Азии.

—  Как пришла идея о том, что документальный проект Clique.Doc должен отделиться и вырасти в самостоятельный конкурс.

Наргиз Шукенова: Чтобы ответить на этот вопрос, нужно неизбежно вернуться к истории фестиваля. Сам Clique образовался в 2014 году, когда мы с Борисом Байковым выиграли грант от Управления культуры города Алматы при акимате. В тот год состоялась только игровая программа фестиваля. В 2015 году мы пришли к Фонду Сорос-Казахстан с предложением сделать отдельно документальную программу. Нам очень помогла координатор молодежной программы – Сауле Мейрманова.

Мы поняли, что документальное кино – это та самая интересная форма, которая помогает чувствовать дыхание современности; она отражает актуальные проблемы. Программа всегда строилась таким образом, что выбиралась некая тема, основная линия. Например, выживание в замкнутых пространствах. Так мы показали «Грозный блюз» о Чечне или историю семьи, где детей не выпускают из дома, и они вынуждены смотреть кино, разыгрывать сценки из них и, таким образом, выживают. Мы продолжали изучать тему войны, тему диктатуры. В 2016 году у нас появился «Турксиб» и мы поняли, что нам хочется развивать программу как-то иначе, потому что в «Турксибе» появились вопросы самоидентификации, языка. Мы поняли, что нужно углубиться в регион.

Изначально мы обсуждали образовательную программу, но затем поняли, что прежде, чем заниматься такой серьезной вещью, как образование, лучше понять потребности региона, поэтому было решено провести конкурс, который мог бы отразить элементарное состояние документального кино: количество режиссеров документального кино, которое есть на территории Центральной Азии. Так, собственно, идея и пришла.

— Наргиз, вы ездили летом в другие страны региона. Расскажите об этой поездке. Что вы ожидали увидеть в этих странах и что в итоге вы увидели?

Н.Ш.: Было разумно поехать в эти страны и встретиться с людьми напрямую, потому что одна из особенностей региона, с которой мы столкнулись – это его закрытость и недоступность информации. Одно из лучших медиа в Кыргызстане – сайт Kloop.kz здесь, в Казахстане, например, заблокирован. Мы не всегда имеем доступ к информации, друг к другу. Элементарно при планировании маршрута не всегда понятно, как добраться из Таджикистана в Узбекистан. Показалось, что действеннее поехать на места. Я встречалась с местными кинематографистами, все они говорили о своих проблемах, и практически везде они одинаковы: цензура, отсутствие свободы слова, инфраструктуры и в принципе адекватной среды, чтобы появлялись новые голоса. Не все кинематографии, особенно узбекская и таджикская, на мой взгляд, совершили какой-то плавный переход из плановой экономики в рыночную; есть проблемы с отсутствием бюджетов, некая коррумпированность и невозможность снимать на какие-то темы. Я бы выделила эти основные точки.

В каждой из стран есть адекватная немногочисленная среда молодых кинематографистов, которые при взаимодействии с зарубежными фондами начинают создавать арт-резиденции. Аниса Сабири из Таджикистана создала арт-резиденцию экспериментального кино MyVision. Они произвели около восьми фильмов, в том числе и документальных. В Узбекистане сейчас образовывается новое молодежное крыло. Так что, надежда, как всегда, на молодежь. Самое активное сообщество в Кыргызстане: у них очень активная арт-среда, в принципе, и кинематографическая среда в частности. Они лояльны друг другу и поэтому, мне кажется, демонстрируют гораздо лучше результаты для существующей у них экономической ситуации.

— Вы начали прием заявок несколько месяцев назад. Сколько поступило заявок? Как кинематографисты реагировали на конкурс?

Н.Ш.: Мы опубликовали информацию о конкурсе на своих страницах, на нашем сайте; воспользовались платформами Film Freeway, Withoutabox – распространенными в среде киношников сайтами для подачи заявок.  Также очертили критерии: нам были интересны фильмы, снятые выходцами из нашего региона, может даже где-то за рубежом; снятые зарубежными специалистами о Центральной Азии; и казахстанцами в Казахстане. По адресу мы получили довольно мало заявок – их было около пятидесяти. Мы столкнулись с тем, что получили огромное количество заявок из Бангладеша. Также для нас была важна премьерность: чтобы эти фильмы были показаны на территории Казахстана впервые. В какой-то момент, когда у нас намечался кризис в программе, Борис – программный директор – начал искать фильмы по каталогам других фестивалей, на других сайтах, сайтах университетов и академий. Таким образом мы нашли довольно много классных фильмов. Это говорит о том, что Центральная Азия – это территория, которой все еще не всегда доступны зарубежные площадки. Например, павильону Казахстана в Каннах – одного из главных кинорынков – только два года, а Узбекистан получил павильон только в этом году. Кыргызстан и другие страны Центральной Азии очень мало представлены на зарубежных площадках. Кроме того, никто не знает поедем ли мы туда на следующий год. Конечно, это останавливает развитие. Это, в принципе, является большой проблемой для нашей культуры: каждый проект существует либо как пилотный, либо как экспериментальный, либо как последний.

— В программе конкурса четко прослеживаются якорные темы. Вы наметили их изначально или это то, к чему привел отбор достойных картин?

Н.Ш.: Я существую на этой территории, работаю в культуре с некоторыми смыслами, наблюдаю за арт-средой, за современным театром. Эти темы всегда являются некой повесткой дня. Более того, партнеры, с которыми мы работаем рано или поздно обращались к этим темам. Конкурс проходит в неделю прав человека, мы получаем поддержку именно по этому направлению, что для нас очень важно. Я не могу сказать, что намерения были такими, но не с проста авторы, которые либо приезжали на эту территорию, либо здесь живут, отражают именно эти темы. Какой-то четкой установки найти фильмы про депортированные семьи от лица потомков депортированных или фильмы про экологическую ситуацию в регионе не было. Неудивительно, что в регионе, который объединен общей историей сначала семьюдесятью годами Советского Союза, а затем двадцати шестью годами независимости, мы все столкнулись с одними и теми же проблемами, и, по-моему, совершенно одинаково пытаемся с ними справиться. Также мы руководствовались нашими внутренними принципами, желанием говорить о толерантности, прозрачности. Эти принципы всегда прослеживались у нас в основной программе, и Clique.Doc тоже всегда был про это: мы показывали фильм об Олеге Сенцове, фильмы о Чечне. Это такое логическое продолжение программы, которое закладывалось еще в 2015 году.

Как думаете, кто ваша целевая аудитория здесь в Казахстане, в Алматы? Кому это может быть интересно?

Н.Ш.: Это большой эксперимент для нас: мы делаем бесплатные показы, у нас впервые конкурсная программа и это документальное кино. Люди к нему все-таки иначе относятся. Благодаря Кати Суворовой, когда она выпустила документальный фильм «Завтра море» в прокат, это кино перестало быть маргинализированным, перестало быть как будто недоступным. Катя человек, который наблюдает за другими людьми, ее герои – это наши современники, поэтому документалисты, как никто другие, должны быть всегда на связи со своей публикой и людьми. Я думаю, что у нас будет немного отличаться аудитория от Clique, потому что в Clique у нас был Ларс фон Триер, Паоло Соррентино, оскаровские номинанты. Здесь это совершенно другое настроение, другое внутреннее состояние. Мы ожидаем активистов, правозащитников; людей, которые работают с социальной повесткой дня. Наши дискуссии строятся вокруг важных социальных тем. Мне кажется, что будет больше студентов или, наоборот, людей, которым интересен регион. В последнее время я вижу все больше выставок, которые фокусируются на Центральной Азии. Думаю, что сформировался спрос в разных областях культуры на регион.